Дальше – только летать

Дальше – только летать

Человек, открывающий для себя православие, неизбежно сталкивается со странным противоречием: христианство, основанное на проповеди любви и свободы, в то же время является самой догматизированной религией мира. Ни одна из мировых религий не создала такого сложного и подробного учения о Боге. Горы книг, учебников, богословских трудов, соборных постановлений… Все это богатство христианской мысли часто вызывает у верующего человека двойственное чувство.

С одной стороны, возникает ощущение превосходства своей религии над всеми прочими, которое можно выразить словами лесковского Левши: “ Наши книги против ваших – толще, значит и наша вера – полнее!”. С другой стороны, такое гордое сознание своего превосходства вдребезги разбивается о первую же серьезную попытку вникнуть в содержание этих толстых и умных книг. С печальным удивлением неподготовленный читатель догматических трудов осознает вдруг, что не в состоянии понять и десятой доли того, что в них написано. Ход мысли автора, суть рассматриваемых вопросов, терминология – ну все непонятно! Или – почти все. А ведь речь идет о самом важном – о том, в какого Бога мы веруем, как веровать в Него правильно и что считать отклонением от этой правильной веры. Так неужели для того, чтобы быть настоящим христианином, нужно обязательно изучить полный курс догматического богословия и освоить все эти диалектические премудрости и тонкости?

Но мы знаем, что Христос проповедовал свою Благую весть не книжникам, а самым простым людям. Да и в апостолы Он избрал отнюдь не философов и богословов, а простых галилейских рыбаков. Во все времена подавляющее большинство в Церкви составлял малообразованный народ: крестьяне и ремесленники. И если вот уже два тысячелетия Царство Небесное наследуют неискушенные в богословии люди, возникает вопрос: а тогда что же это такое догматика, для чего она нужна и почему она такая сложная?

Когда кончаются фантазии

Не нужно удивляться тому, что в догматах трудно увидеть Бога, что в них нет ни капли поэзии и написаны они сухим языком логики, что при знакомстве с ними не загораются наши сердца любовью ко Господу. Вопреки распространенному мнению, догматы не являются результатом творческих изысков христианского богословия. Христианское богословие вообще не является творчеством в расхожем понимании этого слова.

На заре человеческой истории грехопадение отсекло людей от их Создателя, но память об утраченном Богообщении теплилась у всех народов. Эта память о Боге и была основой богословского творчества в разных культурах. Люди всегда знали, что Бог есть, но больше не знали о Нем ничего. Можно было предположить, например, что боги живут на Олимпе и шалят там каждый на свой манер; порассуждать о том, что бог – трансцендентный абсолют; можно было увидеть бога в крокодиле или в человеке с собачьей головой, богами становились гром и молния, обожествлялись луна, созвездия, солнце…

Отпадшее от Бога человечество придумывало себе богов, как детдомовец, потерявшийся в раннем детстве, придумывает себе родителей. Он точно знает, что отец у него есть, но только не знает – кто он. И тогда, в меру своих представлений об идеале, он рассказывает приятелям, что его папа – знаменитый артист, боец “Альфы” или крутой бандит. Он фантазирует и имеет полное право на такое творчество, потому что папа действительно может оказаться кем угодно. Но уж если отец отыскал потерявшегося сына, приехал его забрать, и выяснилось, что он всего лишь скромный служащий в статистическом бюро, тогда – стоп! Тут все фантазии кончаются. Ребенку уже не важно – “крутой” его папа или – “ботаник”. Важно, что он, наконец, пришел и что он тебя любит.

Богословское творчество могло существовать лишь до тех пор, пока Бог не открыл Себя людям. Но после Рождества Христова ситуация коренным образом изменилась: Бог вошел в земную историю, став Человеком, а не слоноголовым монстром, крылатым змеем или пучком лучистой энергии. Никакие творческие эксперименты уже ничего не могли к этому добавить и только уводили людей от Истины. После Боговоплощения человек мог лишь попытаться по мере сил привести в соответствие со своим понятийным аппаратом то знание Бога, которое он получил во Христе,

Однако это оказалось гораздо более тяжелым и неблагодарным занятием, чем творчество. Ученые и художники исследуют и описывают мир, но как описать Того, Кто этот мир создал?

Сами богословы были очень невысокого мнения о результатах своего труда. Не потому, конечно, что работали недобросовестно. Просто они лучше, чем кто-либо другой, знали, что изобразить Бога в категориях человеческого разума невозможно в принципе. Нельзя дать определение Тому, Кто шире всяких пределов. Вот как говорил об этом свт. Григорий, которого Церковь почтительно именует Богословом с большой буквы:

“Как никто и никогда не вдыхал в себя всего воздуха, так ни ум не вмещал совершенно, ни голос не обнимал Божией сущности. Напротив, к изображению Бога заимствуя некоторые черты из того, что окрест Бога, составляем мы какое-то неясное и слабое, по частям собранное из того и другого представление”.

Догматы – это сухая статистика, своего рода подведение итогов интеллектуальных усилий человечества в попытке осмыслить Божественное Откровение.

Один знаменитый скульптор говорил: “Как я делаю скульптуру? Очень просто: беру глыбу мрамора и отсекаю все лишнее”. Святые Отцы, создавая догматическое богословие, использовали похожие методы: они отсекали от человеческих представлений о Боге все, что не относилось к Богу. Но в отличие от скульптора богословы никогда не дерзали даже предположить, что, отринув все ложные мнения о Боге, они смогут Его изобразить или хотя бы увидеть.

Итак, догмат, безусловно – ограничение. Но ограничивает он не Бога, а пути человеческого разума в познании Бога. Когда человек поднимается в горы, он может попасть под обвал, неосторожно вызвать лавину, наконец, просто сорваться в расщелину на очередном повороте горной тропы. И ограничительный знак, предупреждающий об опасности, может спасти ему жизнь.

Наш разум, восходя к Богу, должен знать допустимые пределы, т.е. видеть ограничительные знаки этого восхождения. Это и есть догматы. Тропа закончилась, пешего пути вверх больше нет, впереди – пропасть. Как писал К.С. Льюис, “… дальше можно только лететь”.

«Азбука веры»

вера догматы кубань свобода выбора школа православия

Автор

Реклама

Рубрики

Издательство

Редакция "Честное пенсионерское"
Главный редактор   
Иволгина Валентина Евдокимовна
т. (861) 212 67 51

 

г.Краснодар, ул. Рашпилевская 32

Теги

Соц.сети