Фото: © Svetlana Vozmilova/Global Look Press
Когда четырнадцатилетний подросток вынужден обращаться в Следственный комитет, чтобы помочь родителям, – это не просто история о долгах. Это диагноз системе. Это крик о помощи, заглушаемый бюрократическими формулировками и равнодушием монополиста.
Семья Оксаны Валенбург из бывшего садоводческого товарищества «КНИИСХ» в Краснодаре – лишь один из сотен примеров того, как абсурд и цинизм большой компании могут сломать человека. Но этот случай уникален в своей трагикомичности: сотрудники АО «НЭСК» утверждали, что «вызвали в суд и выиграли дело» у мужа Оксаны, который умер задолго до этого.
История, которая поражает своей абсурдностью
Напомним историю Оксаны Валенбург, о которой мы писали ранее. Женщина – вдова, мать троих детей. После смерти супруга 1 июня 2017 года она осталась одна с детьми в доме, где единственным источником тепла, еды и воды является электроэнергия. Договор энергоснабжения был заключен на имя покойного мужа. И вот уже девять лет компания «НЭСК» отказывается переоформлять его на вдову.
Вместо этого она продолжает начислять платежи, долги и пени на имя умершего человека. Все официальные письма от НЭСК по-прежнему приходят на имя Сергея Валенбурга. Оксане их не вручают – ссылаясь на то, что она не имеет права получать корреспонденцию, адресованную другому лицу, даже умершему.
Таким образом, женщина годами находится в информационном вакууме. Она не имеет законного доступа к официальным уведомлениям, но при этом несет ответственность за дом, где живут она и ее дети.
С июля 2021 года «всем гражданам, земельные участки которых расположены в границах НСТ «КНИИСХ», произведено доначисление объема и стоимости электрической энергии, потребленной на компенсацию потерь в объектах электросетевого хозяйства, относящегося к имуществу общего пользования». Эти доначисления не избежали и Оксану.
Система: как это работает
Проблема, с которой столкнулась семья, – системная. После того как НСТ «КНИИСХ» было официально ликвидировано в 2017 году, его электросети остались бесхозными. Но компания «НЭСК», использующая эти сети и получающая доход с них, нашла способ переложить все издержки за пресловутые потери в сетях на плечи простых потребителей.
Согласно официальным ответам администрации города, Минтэка края и даже Администрации Президента, сети автоматически перешли в общую долевую собственность всех владельцев участков. А раз есть собственность, по закону есть и «бремя ее содержания» (ст. 210 ГК РФ). Это означает, что люди обязаны платить за «компенсацию потерь» в этих сетях. Проблема в том, что эти потери компания считает по своим, никому не понятным формулам.
В феврале 2025 года в ответ на запрос департамента городского хозяйства АО «НЭСК» предоставило данные, согласно которым общее потребление на одной из подстанций (ТП-1478) за месяц составило 143 827 кВт/ч, а индивидуальное – лишь 52 777 кВт/ч. Таким образом, на «общедолевое имущество» списали 91 000 кВт/ч – почти вдвое больше, чем потребили все жители вместе взятые .
Жители же утверждают, что многих из перечисленных объектов (как те же фонари) не существует в природе, а приборов учета на подстанциях они не видели.
Борьба, в которой нет сил
Оксана не отказывается платить за реально потребленную электроэнергию. Но платить сотни тысяч рублей за мифические «потери» для многодетной вдовы – это непосильное бремя.
Отчаяние семьи достигло пика. И тогда на помощь решил прийти средний сын Оксаны – ему всего четырнадцать лет. Мальчик написал обращение в Следственный комитет России. Он просил помочь родителям.
«Помогите родителям, Следственный комитет города Москвы. Помогите родителям, потому что мы уже просто без сил», – написал он в канале СК.
Четырнадцатилетний мальчик взял на себя взрослую ношу, потому что взрослые оказались бессильны перед машиной монополиста.
Но ответ от СК стал еще одним ударом. Обращение перенаправили в прокуратуру Краснодарского края. А оттуда – в администрацию города. Круг замкнулся. Государственная машина просто перекладывает бумаги из одного ведомства в другое, не решая проблемы.
Когда дети вынуждены взрослеть
Семья продолжает бороться. Оксана признается: сил уже нет. Ее сын – подросток – попытался помочь родителям, но столкнулся с той же бюрократической стеной.
Оксана – мама троих детей. Работает, но получает немного. Муж, отчим ее детей, по состоянию здоровья тоже работает «лишь бы деток покормить». Семья живет от зарплаты до зарплаты, а тут – сотни тысяч рублей «долга» за воздух.
«У нас в данный момент 150 000 рублей долга, но по счетчику мы вот эти все 2-3 года платим ежемесячно без задолженностей», – говорит Оксана.
После очередного отключения света в доме, где живут трое детей, Оксана не выдержала. В ее голосе – отчаяние и безнадежность.
«Я не знаю даже, как решить эту проблему, куда идти, кому пожаловаться?», – говорит она.
«У нас все работает от электричества. Но нам его отключили»
Последний эпизод этой борьбы произошел буквально на днях. Семью, у которой весь дом работает на электричестве – отопление, приготовление пищи, вода, – снова отключили от ресурса.
Оксана и ее муж Артем В. отправились в НЭСК, чтобы разобраться в ситуации. Вместо внятного ответа их отправили в энергосбытовую компанию, где хранятся все документы.
Несколько часов семья ездила по городу в поисках хоть какой-то ясности. Но вместо этого – бюрократические квесты, перекладывание ответственности и полное отсутствие человеческого участия.
«Юристы к нам выходили, – говорит Оксана. – У вас задолженность – и все. Мы вас отключили. И все. Больше никто ничего не говорит».
Новый круг ада: что произошло дальше
В энергосбыте семье выдали акт на отключение. Но, как рассказывает Оксана, документ оказался фикцией.
«Нам выдали в энергосбыте акт на отключение, – говорит женщина. – Но там должны стоять подписи, соглашения, кому отключали, понятые, свидетели, пломбировка. А на этой бумаге – одни прочерки».
Семья вновь обратилась в управление по жилищным вопросам муниципального образования. Но и там их ждал лишь формальный ответ.
«Мы сейчас будем проверять только законность отключения – уведомляли вас или нет», приводит слова сотрудника Оксана.
«Сказали, если не уведомляли – поругаем их. Но когда это произойдет и сколько нам сидеть без света – никто не знает».
В НЭСКе по поводу детализации расчетов тоже ничего не добились. Семье предложили написать заявление о перерасчете и выдаче выписки. Ответ пообещали дать в течение 30 дней.
«Пока будут рассматривать – сидите без света и ждите», – таков был вердикт сотрудника компании по словам Оксаны.
Но самым страшным стал визит в органы опеки и попечительства. Там, куда семья обратилась за защитой прав малолетних детей, их еще и пристыдили:
«Не надо манипулировать детьми, – сказали ей. – Идите сами разбирайтесь. Мы ничем вам помочь не можем».
Громкие слова с трибун – и борьба за выживание в реальности
Пока на высоких трибунах, в преддверии выборов, депутаты всех уровней наперебой обещают всеобщую поддержку многодетным семьям и рост рождаемости, в отдельно взятом Краснодаре эту самую многодетную семью берут измором. Отключают жизненно важный ресурс. Заставляют метаться по городу в поисках бумажек.
И в этой реальности слова о «поддержке материнства» звучат как издевательство. Потому что, когда у многодетной матери троих детей в доме нет света, нет воды, – это не просто жилищно-коммунальная проблема. Это война на истощение. Война с семьей, у которой нет ресурсов, нет денег на юристов, нет сил на бесконечные суды.
Они просто хотят жить. Жить по-человечески. И платить за то, что реально потребили. А не за то, что придумали в кабинетах монополиста.
И пока депутаты будут говорить о «приоритете семейных ценностей», а энергокомпании – выживать многодетных матерей из их собственных домов, эти слова так и останутся просто словами. Громкими. Красивыми. И абсолютно пустыми.
Светлана Оганова
